Tornerò a sollecitare le vostre anime

Noi tutti apparentemente viviamo, ma…

v

Noi tutti apparentemente viviamo, ma…

Noi tutti apparentemente viviamo, ma
È da tanto che non ci eccitano
Né i fischi delle locomotive
Né le sirene delle navi.
Altri – coloro a cui è dato –
Cercano di raggiungere le profondità e vedono il fondo,
Ma è come se fossero degli scarabei stercorari
Oppure avannotti di acqua bassa…

E tutt’intorno volano i casi, come dei proiettili,
Pazzi, tardivi, ciechi, esauriti…
Taluni hanno corso il rischio di affidarsi –
E subito: a chi – la tomba, a chi – la gloria.

Altri ancora non se ne sono accorti,
Invece noi li abbiamo schivati,
Di proposito o secondo il presagio
Siamo inciampati sul piede destro.

In mezzo al tran tran e al trambusto
Oh, per quanto tempo noi non stiamo dritti!
Ci pieghiamo a volte per sprofondarci in inchini di scorta,
E a volte per allacciarci le stringhe…
Vorremmo penetrare a fondo,
Ma perfino le menti brillanti
Espongono tutto tra le righe:
Loro ragionano con una prospettiva a lungo termine…

Noi aspiriamo a librarci in alto –
Poiché i nostri pensieri ormai sono saliti su,
E lì stanno regnando, leggeri,
Liberi, eterni, elevati.
E così forte è stato il desiderio di volare su,
Che ieri ci siamo ubriacati,
E contrariamente ai pensieri amari
Abbiamo mangiato dei bocconi dolci…

Con uno scasso aperto, senza le chiavi,
Urlando a squarciagola degli orrori,
Vorremmo aprire un seminterrato pestilente –
Rischiando addirittura la testa.
E sobriamente, non a mente calda,
Noi tagliamo via il passato con l’accetta,
Però lo tagliamo con un braccio molle,
Freddo, floscio – con un braccio assente.

Fa piacere togliersi il peso dalle spalle
E esporre tutto alla luce, per il giudizio divino,
E, tremando, far uscire allo scoperto una mano,
E dimostrare che dentro non ci sia un coltello,
Senza preoccuparsi che la mitraglia
Andrà a colpire anche coloro che sono disarmati.
Ma noi, quelli di ferro, veniamo corrosi dalla ruggine
E dalla psicologia della biscia che striscia…

E tutt’intorno volano i casi, come dei proiettili,
Pazzi, tardivi, ciechi, esauriti…
Taluni hanno corso il rischio di affidarsi –
E subito: a chi – la tomba, a chi – la gloria.

Altri ancora non se ne sono accorti,
Invece noi li abbiamo schivati,
Di proposito o secondo il presagio
Siamo inciampati sul piede destro.

Мы все живем как будто, но…

Мы все живем как будто, но
Не будоражат нас давно
Ни паровозные свистки,
Ни пароходные гудки.
Иные – те, кому дано,-
Стремятся вглубь – и видят дно,-
Но – как навозные жуки
И мелководные мальки…

А рядом случаи летают, словно пули,-
Шальные, запоздалые, слепые, на излете,-
Одни под них подставиться рискнули –
И сразу: кто – в могиле, кто – в почете.

Другие не заметили
А мы – так увернулись,-
Нарочно, по примете ли –
На правую споткнулись.

Средь суеты и кутерьмы –
Ах, как давно мы не прямы! –
То гнемся бить поклоны впрок,
А то – завязывать шнурок…
Стремимся вдаль проникнуть мы,-
Но даже светлые умы
Все излагают между строк –
У них расчет на долгий срок…

Стремимся мы подняться ввысь –
Ведь думы наши поднялись,-
И там царят они, легки,
Свободны, вечны, высоки.
И так нам захотелось ввысь,
Что мы вчера перепились –
И горьким думам вопреки
Мы ели сладкие куски…

Открытым взломом, без ключа,
Навзрыд об ужасах крича,
Мы вскрыть хотим подвал чумной –
Рискуя даже головой.
И трезво, а не сгоряча
Мы рубим прошлое сплеча,-
Но бьем расслабленной рукой,
Холодной, дряблой – никакой.

Приятно сбросить гору с плеч –
И все на божий суд извлечь,
И руку выпростать, дрожа,
И показать – в ней нет ножа,-
Не опасаясь, что картечь
И безоружных будет сечь.
Но нас, железных, точит ржа –
И психология ужа…

А рядом случаи летают, словно пули,-
Шальные, запоздалые, слепые, на излете,-
Одни под них подставиться рискнули –
И сразу: кто – в могиле, кто – в почете.

Другие не заметили
А мы – так увернулись,-
Нарочно, по примете ли –
На правую споткнулись.